День победы…над казачеством


В 1941 году ситуация поменялась — само существование советской власти и «первого в мире государства рабочих и крестьян» оказалось под угрозой уничтожения. Большинство современных совпатов, «державников», «имперцев», «единонеделимцев» и прочей неадекватной публики продолжают отстаивать мазохистский по сути тезис : «право оно или нет — но это твое отечество». «Это твоя родина, сынок!»- именно об этот железобетонный в своей примитивности тезис, разбиваются самые разумные слова. Родина, которая тебя морит голодом, выгоняет из родных домов, чтобы вышвырнуть в полярную тундру, а на твое место приглашает совершенно чужих людей, которые будут пользоваться плодами твоего труда. Или другой вариант- «великая советская родина» отбирает у тебя всю еду и оцепляет станицу. Мрите, мол сами. Или жрите друг друга. Натравливающая на казаков иногородних и чеченцев с ингушами.

Это все неважно. Важно, что «Родина в опасности» и ты должен ее защищать, какие бы мерзости она не творила с тобой, твоей семьей, твоей землей, вообще всем, что тебе дорого и свято. Об этом надо позабыть, в надежде что когда-нибудь «Родина» оценит твои заслуги и станет с тобой поласковей. А до тех пор- служи и не рыпайся, если не хочешь оказаться подонком, негодяем, «предателем Родины.».

В случае казачества подобная аргументация, превращается в какое-то уж и вовсе запредельное кликушество, будто обязанность «защищать Родину» для казаков актуальна в кубе. Вот хлебом не корми казака, что угодно с ним делай, но если Родина в опасности- всех растолкает и вперед ринется, крушить супостата, «с шашкою на танк, бросится казак». И только такие мерзавцы, такие подонки как кубанский казак генерал-лейтенант Андрей Шкуро и донской атаман генерал Петр Краснов, могли не понимать этого самоочевидного факта.
Как правило, подобным личностям очень немногое известно о реальной истории казачества- они предпочитают выдавать за оную собственные романтизированные бредни. Иначе они бы знали, что казачество это не сословие «нагаечников и охранителей», видящих смысл своей жизни в том, чтобы служить «великой Рассее». Казаки — это особая культурно-этническая общность, со своими традициями, укладом, обычаями, своим особым казачьим мировоззрением. И естественно своим взглядом на то — когда, зачем и ЗА КОГО надо воевать. Взглядом далеко не всегда столь однозначным и прямым, как та единственная извилина, что пролегает через моск  большинства поцтреотов.

Запорожское казачество, как известно, сформировалось на территории Великого Княжества Литовского, позднее вошедшего в состав Речи Посполитой. Оба государства, Московии, мягко говоря не дружественные, а казаки были что называется «иррегулярными войсками» короны польской. И воевали за нее — не сказать, что с большим удовольствием, но все таки. В Ливонской войне, во время Смутного времени, в Смоленской войне- они выступали союзниками поляков против России. Вдаваться во всем перипетии отношений Речи Посполитой и Запорожского казачества здесь не вижу смысла, интересующихся отсылаю сюда и сюда…Когда Польша окончательно сбрендила на почве католического фанатизма — тогда и начали казаки воевать против панов. И соответственно искать себе нового покровителя, поскольку, к сожалению, полностью независимой Сечь в то время не могла быть. Выбрали Москву — прежде всего по принципу вероисповедной близости. Именно Московскому царству, а точнее — «великодержавнейшему и пресветлейшему монарху Российскому» присягали казаки, также как раньше присягали польскому королю. Поэтому доводы иных товарищей, что казаки, воевавшие не на той стороне «предали русский народ» не выдерживают элементарной проверки фактами. Никакому народу казаки не присягали и соответственно предать его не могли. Выходцев из центральной России на Кубани еще в начале 20 века именовали «москалями» и относились к ним без особой симпатии. Ну, это если не вспоминать о том, что собственно только самый альтернативно одаренный поцтреот может назвать сталинский СССР государством русского народа.

Москва очень скоро показала казакам, сколь опрометчиво они поторопились с выбором союзника — но деваться было особо некуда. Подробности- по уже указанным мною ссылкам. И, тем не менее, еще Богдан Хмельницкий стал искать иные варианты, среди которых в частности рассматривался шведский король- «предатель» Мазепа как мы видим, был совсем неоригинален. На мой взгляд, союз со шведами был бы самым предпочтительным вариантом, но, увы — по ряду субъективных и объективных факторов он был практически нереален. И, тем, не менее, казаки все равно выбирали еще между многими союзниками, когда их противоречия с Россией становились совсем уж невыносимыми. Казаки не только запорожские, но и донские — как это сделали старообрядцы-некрасовцы, перешедшие под покровительство крымского хана и турецкого султана. Объясняли они это просто: «У какого царя живем тому и служим». И это было вполне себе взаимно:

«на протяжении своего проживания в Крымском ханстве (1708 — конец 1770-х) некрасовские казаки верой и правдой служили правившим в Крыму Гиреям. Высокое воинское искусство, честность и храбрость лежали в основе взаимоотношений этих кубанских казаков с грозными правителями ханства, причем, по нашему мнению, уверенно можно говорить о личностном характере отношений сторон. Летом 1709 года по именному указу Петра I в Бахчисарай прибыл дворянин В. Блеклый, которому поручалось с помощью богатых подарков склонить хана Девлет-Гирея II к выдаче казаков Игната Некрасова, отступивших с Дона на Кубань в конце августа 1708 года. Приняв дары, коварный хан отказался помочь царскому посланцу, мотивировав свое решение неосведомленностью о месте пребывания беглецов. Документы РГАДА свидетельствуют, впрочем, об ином. Девлет-Гирей знал об укрывательстве некрасовцев в Закубанье и не собирался лишать свое войско в скором будущем столь искусных воинов. Еще раньше ханство отвергло притязания России в отношении гетмана Мазепы и его украинских казаков, бежавших в Крым.»
http://community.livejournal.com/prisud/18731.html

С разгромом Запорожской сечи, часть казаков бежала в Турцию, где составила «Задунайскую сечь» ( впрочем их выжили обратно те же некрасовцы). Можно согласится с мнением историка Дмитрия Сеня, о том, что:

Представление о необязательном характере службы, отраженное в понятиях «вольный казак», «вольное казачество», сыграло, как обоснованно считал А. Л. Станиславский, огромную роль в формировании социальной психологии казаков. В понимании этой психологии надо, как представляется, более вдумчиво отнестись к словам известного ученого начала XX века С. Г. Сватикова о том, что нельзя рассматривать природу казачества с позиций несовместимых начал — тяги к свободе и службы государству. Историк призывал увидеть в феномене казачества две стороны одной медали, иначе никогда не будет понят глубинный смысл старой донской поговорки: «Не тот казак, кто жив остался, а тот, кто за волю на веревке болтался!». Одни казаки Кубани (некрасовцы), презрительно называя Петра I «царем-Ерохой», превозносили турецкого султана. Другие кубанские казаки (черноморцы), ругая Екатерину II, добровольно бежали в турецкую Анапу даже в первой четверти XIX века.

Тем государям и государствам, которые давали дышать казакам воздухом свободы — в церквах, на майдане, в походном марше, они служили верой и правдой!

А теперь вспомним, все те факты, что мы приводили в самом начале статьи. Неужели власть, превзошедшая по своей ненависти к казачеству самую жестокую политику проводившуюся когда-либо Речью Посполитой, Российской и Османской империями, вместе взятыми может считаться приемлемым вариантом для казаков? Империя которой они служили, была не идеальной, но по сравнению с тем что пришло ей на смену- и в страшном сне не могло приснится. И понятно, что сами казаки, поспешили как можно скорее отмежеваться от этого чудовища, поставившего своей целью уничтожить их.
28 января 1918 года Кубанской краевой войсковой Радой на землях бывшей Кубанской области была провозглашена независимая Кубанская народная республика со столицей в Екатеринодаре. 16 февраля 1918 года было избрано её правительство во главе с Л. Л. Бычом, 4 декабря принята Конституция. Республика направила заявку на вступление в Лигу Наций. 10 февраля 1919 года была утверждена государственная символика — нынешний гимн и флаг Краснодарского края, кстати.

Противостоящая большевикам Кубанская народная республика первоначально заключила против них союз с Украинской державой гетмана Скоропадского (планировалось объединение Украинской державы, Всевеликого Войска Донского и Кубанской Народной Республики на федеративных  началах). Затем с Добровольческой армией генерала Корнилова (после его смерти — Деникина). Последний своим упертым «единонеделимчеством» собственно и загнал в гроб как Кубанскую республику, так и собственно Белое дело на юге России. Об этом можно почитать к примеру тут.

Значительная часть казачества Кубани (в основном «черноморцы» — потомки переселившихся в конце XVIII века на Кубань запорожцев), экономически и политически более сильная, в определённой мере тяготела к Украине как таковой, будь то Украинская держава или УНР (наиболее видными представителями этой части казачества Кубани были Кондрат Бардиж, Николай Рябовол и Лука Быч). Представители данной «черноморской» партии осуществляли контакты со всеми небольшевистскими силами Украины и вели с ними переговоры о возможности объединения и его форме, что в наше время даёт основания некоторым исследователям называть всю Кубанскую народную республику украинским государством, однако, официально таковым она никогда не провозглашалась. Тем не менее, украинофильская тенденция просматривалась в кубанском самостийничестве довольно четко. Недаром о главном кубанском самостийнике – председателе Законодательной Рады Миколе Рябоволе, была сложена песня, посвященная его трагической смерти( в его убийстве подозревали деникинскую контрразведку). Впервые прочтенная возле его гроба, песня впоследствии стала одним из народных  мотивов в кубанских станицах:

На смерть Миколи Рябовола

(записано від Дмитра Петренка)

Спи ж, ти, любий наш Миколо,

Не забудем ввік ніколи,

Що зробив ти для народу,

Що помер ти за свободу.

Над твоєю тут труною

Клянемось ми над тобою:

Всі свій рідний край кохати,

Будем з тебе приклад брати

Неудивительно, что подобные настроения ожили с приходом немецких войск. Правда украинский национализм отступал на второй план ( хотя тоже никуда не делся) — у казаков обнаруживались более предпочтительное в данных условиях происхождение ( о чем ниже). Со временем к самостийничеству стали склонятся даже те кубанские казаки, что ранее стояли на вполне себе единонеделимческих позициях:

«Кубанский войсковой атаман за границей генерал-майор В.Г. Науменко и генарал А.Г.Шкуро активно принимали приглашения Василия Глазкова (лидера Казачьего национально-освободительного движения), часто бывали в Праге, участвовали в митингах и собраниях казаков-националистов где выступали с речами, в которых убеждали простых казаков встать на путь казачьей независимости. «теперь, в во время страшной опасности- обратился в июне 1944 года генерал В.Г.Науменко к простым казакам,- грозящей человечеству и прежде всего нам, казакам, нашим стремлением должно быть посторонние Единого Казачьего Фронта…Только традиционная казачья государственность на наших исторических землях, под защитой Германии обеспечит нам право на свободное развитие и даст возможность снова встать на исторический путь казачьей жизни»



Впрочем  здесь советские патриоты и «примкнувшие к ним лица» начинают петь другую песню: мало ли что там хотели казаки- немцы все равно хотели истребить и поработить ( совки никак не могут решить какой вариант им больше нравится) всех славян. За всех опять же говорить не буду, тут тоже много чего сказано и без меня. А вот за казаков пожалуй скажу.

Что там хотели немцы сделать со славянами согласно полумифическому плану «ОСТ», собирались ли они кормить  их пряниками или поголовно сжечь в газенвагенах- казаки не знали и не могли знать. А вот, что с ними делала советская власть- это уже они знали не понаслышке. Что могло быть страшнее этого — даже я, если честно, с трудом представляю. Не думаю, что и немцы смогли бы это повторить, даже если бы захотели. Хотя и нельзя сказать, что они не пытались: любая оккупация не сахар, а немцы времен Гитлера — не самый дружелюбный народ. Впрочем, о том, как проходила оккупация в Краснодаре, я уже писал.

И немцы и большевики особо выделяли казаков из всего этнического многообразия СССР, но делали это по-разному. Для большевиков казачество долгое время было тем, что подлежало самому безжалостному искоренению — если и не физическому, то моральному. Для немцев же все виделось немного иначе. Да есть сведения, что еще 16 июля 1941 года Адольф Гитлер говорил, о том, что: « Ни о каком возникновении вооруженной силы западнее Урала больше никогда не может быть и речи, даже если за это нам придется воевать сто лет…Только немец может владеть оружием, а не казак, чех и не украинец». Вполне объяснимая позиция, кстати, вне зависимости от того, считал Гитлер славян недочеловеками или нет. Но как бы то ни было — в отношении казачества эта установка вскоре изменилась. Считается, что окончательное решение об официальном использовании казаков в качестве «полноправных боевых товарищей» было принято где-то в конце 1941 года. А уже 15 апреля уже Адольф Гитлер, лично разрешил использовать казаков на фронте и против партизан. Чуть позднее, в директиве Верховного командования вермахта №46 этот их статус был закреплен официально. Казаки выделялись в категорию «равноправных союзников, сражающихся плечом к плечу против большевизма». Такого статуса к этому времени не получили не то, что русские и украинцы, но и прибалты и даже фольксдойче, которые официально использовались лишь в качестве антипартизанских, охранных, транспортных и хозяйственных частей вермахта.

(Сергей Крикунов. Казаки, между Гитлером и Сталиным).

С этого момента казачьи части стали возникать буквально повсеместно, причем не только при сухопутных или кавалерийских частях, но и при авиации, военно-морском флоте. Успехи казаков в борьбе с большевизмом были оценены настолько, что их объявили не славянами, а потомками германских племен остготов, «сохраняющих прочные кровные связи с своей германской прародиной». Вне зависимости от того, насколько научной можно считать эту теорию она уже говорила о многом- и прежде всего, то, что заслуги казаков в борьбе с большевизмом и вправду были оценены должным образом. Такое резкое продвижение в нацисткой расовой «Табели о рангах», уже подразумевало, принципиально иное отношение к казакам, нежели к подавляющему большинству народов Советского Союза.

А позже был сделан первый шаг и на пути к «Казакии»:

Вскоре после занятия Северного Кавказа группой армий «А», Берлин распорядился о создании казачьего автономного района на территории Кубани, в котором после ухода немецких войск должно было быть установлено полное самоуправление. Местному населению гарантировались различные права и свободы, в отличие от других оккупированных областей здесь была разрешена ликвидация колхозов и возврат к частной земельной собственности. Сформированный осенью 42-го года автономный район включал территорию шести районов нижней Кубани с населением около 160 тысяч чел. Низшим уровнем административного деления была станица, во главе которой стоял выборный атаман. Станицы также объединялись в районы, каждый из которых возглавлялся выборным атаманом. Венчал пирамиду власти так называемый верховный атаман, который назначался на эту должность немецким полевым командованием. Иные из советских патриотов возможно ехидно ухмыльнутся при этой фразе, забывая о том, что институт «наказных атаманов» вполне себе существовал на Кубани и при Российской империи. О том, что за все время существования советской власти ничего похожего на возрождение институтов традиционного казачьего самоуправления так и не появилось, я лучше вообще промолчу.

Каждый атаман вне зависимости от своей значимости, имел некое подобие кабинета министров — совет старейшин, в свою очередь избиравшихся на станичном или районом круге. В соответствии с немецкой концепцией автономного округа все атаманы подчинялись в первую очередь верховному атаману, а не Германскому командованию.

«В нашей станице Новодеревянковской немцев вообще не видели — все время «оккупации» здесь находились лишь несколько постоянно пьяных румынских солдат, стремившихся никоим образом не вмешиваться в дела местного населения. Когда местными парнями была ликвидирована небольшая группа т.н. «партизан», занимавшихся фактически лишь грабежом мирного населения, эти румыны только отмахнулись — ваше, мол, дело, поступайте как знаете!»

http://ethnocid.netda.ru/history/kokunko-gr.htm

В январе 1943 г. границы района планировалось расширить и назначить командиров казачьих отрядов, сформированных на этой территории (всего же мобилизационный потенциал казачьего округа оценивался примерно в 75 тысяч штыков). Рассматривались различные планы по  дальнейшему расширению территорий автономии с включением туда территорий Украины, России и Кавказа. Однако этим планам не суждено было осуществиться — в конце января 43-го года германские войска оставили почти всю территорию Северного Кавказа. Тысячи казаков с семьями потянулись вслед за отступавшими союзниками — они прекрасно понимали, что ожидает их за сотрудничество с оккупантами.

К концу войны на стороне Германии были следующие казачьи формирования:

15-й казачий кавалерийский корпус генерала Гельмута фон Паннвица(Хорватия)- от 25 до 30 тысяч человек.
1-й казачий полк генерала Сборовского в составе Русского охранного корпуса (Хорватия)- около полутора тысяч человек.
Казачий резерв генерала Шкуро (Австрия)- до двух тысяч человек.
Казачий стан Походного атамана Тимофея Домнова (Северная Италия)- около десяти тысяч строевых казаков.
Отдельные казачьи части вермахта.

Всего же по разным оценкам к концу войны на территории Германии и подконтрольных ей стран оказалось от 70 до 250 тысяч казаков, включая женщин, стариков и детей. Многие из них были беженцами из Советского Союза отступившими с казачьих земель вместе с германской армией зимой 1943 года.

Германия проиграла, а вместе с ним проиграли и все казаки связавшие свою судьбу с Третьим рейхом. Большая часть их была выдана Сталину трусливо капитулировавшими перед ним союзниками — лишь немногим казакам удалось укрыться на Западе. Среди них- один старейших ветеранов Белого движения, Кубанский войсковой атаман с 1920 по 1958 годы Вячеслав Науменко. О выдаче в Лиенце он написал книгу «Великое предательство». Он же сберег для потомков кубанские казачьи регалии, часть которых не так давно с огромной помпой были переданы Краснодарскому краю. Остался в живых и  командир Отдельной казачьей пластунской бригады, генерал-майор ВС КОНР Иван Кононов- единственный человек из высшего комсостава КОНР избежавший насильственной выдачи. В Америке оказался и лидер Казачьего национально-освободительного движения Василий Глазков, где вроде как сотрудничал с ЦРУ. Если кого-то это смущает могу лишь посоветовать еще раз перечитать первую часть статьи и попытаться понять, почему появилось на свет выражение: «Хоть с чертом, но против большевиков».



Какой-нибудь упертый совпат мне может сказать: «Но ведь многие казаки воевали и на стороне Красной армии, они защищали свою советскую родину, они стали героями…» ну и так далее, что обычно говорят поцтреоты в таких случаях. Я здесь даже не буду гадать- сколько « природных» казаков было в тех дивизиях, что спешно были названы казачьими, не буду предполагать, сколько «героев Кубани» вышло из тех станиц, что в свое время были выселены подчистую, а на их место пришли красноармейцы или переселенцы из центральных областей России. Не будем мелочится- в конце концов и в Гражданскую войну в РККА было немало «красных казаков». Как и тогда находились люди, служившие советской власти, после всех директив и приказов Совнаркома, так и позже нашлись казаки, поддавшиеся гипнозу «Родина в опасности». Несмотря ни на что они пошли защищать государство, истреблявшее казаков, гноившее их в лагерях, морившее их голодом, доводившее до людоедства…

Сами подбирайте им оценки.

Кого бы не считать победителями в той войне — казачество ее проиграло. Красноречиво об это говорит хотя бы вот эта цитата:

«Нашу Новодеревянковскую в 1932 году обрекли на вымирание. Сегодня, если походить по ней, бросится в глаза странность планировки: на параллельных друг дружке улицах дома стоят где тесно, один к другому, а где от дома до дома и сто, и двести метров, поросших бурьяном, проклятой амброзией. Особенно велики пустыри, прогалы застройки в историческом центре станицы. Но ведь не так же все было некогда! И здесь стояли дома, жили люди. Но они исчезли ! Целые кварталы, целые семьи, фамилии.

Сегодня в станице с хуторами — около 8 тысяч человек. Меньше трети от ее населения в 20-е годы. Да и много ли нынешних станичников козацкого рода-племени? По числу жителей после русских и украинцев идут армяне, белорусы, мари, цыгане, мордва, чуваши, молдаване, езиды, удмурты, табасаранцы и еще десяти этносов представители (менее 25 человек от каждого). Большинство — потомки переселенцев из других областей. Как следствие — культура и традиции, самое название станицы исчезают из обихода. Всё чаще говорят «Новая Деревня»; так и в автобусном расписании значится. Кажется, и старики, сначала считавшие такое «переименование» оскорблением, смирились. Да и сколько их осталось — тех, кто помнит подлинную станичную жизнь? А из тех, кто помнит 20-30-е годы, — не все решаются рассказывать.»

http://ethnocid.netda.ru/history/kokunko-gr.htm

[info]ostgot08



Реклама
  1. Алексей
    20/01/2012 в 09:41

    Мерзость

    Чем дальше читаю подобные высказывания подобных господ, тем больше задумываюсь : а может и правельно , что расказачивали вас…

  1. No trackbacks yet.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: