Главная > Милиция, РФ, Статьи, Чтиво > Реформа или пистолет

Реформа или пистолет


Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации, д.э.н.

Россия превращается в Дикий Запад.

«Мужчина с травматическим пистолетом» стал таким же фольклорным персонажем, как «баба с пустыми ведрами».

Стреляют все и везде: по пьяни, от огорчения, для снятия стресса, ради шутки. Стреляет водитель в подрезавшего его шофера. Стреляет милиционер в гражданина, оказавшего ему недостаточно уважения. Стреляет пьяный в баре. Я уж не говорю о тривиальных ограблениях.

Выстрел из травматического пистолета стал такой же надежной и общедоступной формой самовыражения, какой когда-то было матерное ругательство. Вот только бед от него несравнимо больше. При выстреле с близкого расстояния пули травматического пистолета вызывают тяжелые контузии, ломают кости, разрывают артерии (что обычно означает смерть). При этом травматическое оружие (как и пневматическое), в отличие от обычного нарезного, анонимно: стрелок не оставляет на месте выстрела свою визитную карточку в виде пули с уникальными для специалиста характеристиками и, если ему удастся скрыться, может выдумать себе успешное алиби.

Легкость применения вызвана не только безнаказанностью, но и иллюзией безопасности этого оружия, воспринимаемого просто как «длинный кулак». Психологический барьер при его применении почти отсутствует. Поэтому внесенный президентом Медведевым законопроект об ужесточении регулирования правил оборота, содержания и применения травматического, пневматического и спортивного оружия полностью справедлив. Но — недостаточен.

Сегодня травматическое оружие продается «кому попало» и чуть ли не «по паспорту», как говорит президент, в нарушение правил, — вероятно, за взятки. И это нарушение сходит с рук не только из-за коррупции, но и из-за того, что люди просто не считают «травматику» оружием. И исправить это положение — применительно к «недооружию» — практически нельзя: человеческая психика устойчива. Поэтому травматическое и пневматическое оружие надо запретить. Полностью, выкупив у населения имеющиеся стволы. И, что не менее важно, разрешив вместо травматических пистолетов покупать и носить боевые. Ведь травматическое и пневматическое оружие было разрешено не в «угаре демократии», а из-за страшного разгула преступности и очевидного бессилия государства защищать своих граждан. По принципу «спасение утопающих — дело рук самих утопающих» права россиян на самооборону были существенно расширены включением в них травматического оружия.

Сегодня видно: это было ошибкой. «Недооружие» не останавливает преступников и мнимой невинностью провоцирует свое применение.

Поэтому травматическое оружие стало, по сути дела, смертельно опасной игрушкой, часто неспособной защитить россиянина даже от обычной шпаны.

Ситуация усугубляется разгулом преступности в рядах сотрудников правоохранительных органов, часть которых, похоже, считает себя то ли сверхчеловеками, то ли представителями оккупационной армии. Почти каждый день приходится читать об их преступлениях против мирного населения России. Не секрет, что многие законопослушные россияне боятся милицию едва ли не больше, чем обычных преступников. Ощутили свою безнаказанность и преступники, учитывающие нежелание части милиционеров как принимать от жертв заявления о преступлениях, так и расследовать эти преступления; кроме того, как можно понять, коррумпированность правоохранительных органов позволяет преступникам рассчитывать откупиться даже при поимке.

Потребность россиян в самообороне за последнее десятилетие выросла — а обычные средства самообороны утратили свою действенность.

Разрешение скрытного ношения боевого пистолета создает для преступника угрозу того, что его жертва не беззащитна. Это касается и «оборотней в погонах», и обычных бандитов, и владельцев «крутых тачек», считающих своим феодальным правом право убивать не успевающих увернуться от них смердов и даже чиновников, порой получающих особое удовольствие в доведении граждан России до отчаяния и безумия. Говорю как бывший чиновник: возможность вооруженности даже самого смиренного посетителя воспитывает терпимость и вежливость намного лучше очередного объявления самой либеральной реформы госаппарата.

Боевое оружие имеет очень высокий психологический порог применения. Стандартный аргумент о более низкой преступности в странах, где легализовано боевое оружие, можно объяснить отличием культур. Но как быть с США, где та же ситуация прослеживается в разрезе штатов? И как быть с Молдавией, в которой легализовано оружие и где чуть более года назад в ходе государственного переворота толпа захватила и сожгла здания парламента и администрации президента? Полиция применяла водометы, боевики либеральной оппозиции кидали специально подвезенные булыжники — и ни один пистолет не выстрелил! Вполне серьезные мужчины с пистолетами в карманах кидались друг в друга камнями — в стране, люди которой в целом обладают более горячим темпераментом, чем большинство россиян. Что еще может иллюстрировать абсурдность заявлений в стиле «мы обязательно перестреляем друга друга»?

Да, при легализации боевых пистолетов придется вводить серьезную ответственность врача, выдавшего справку о здоровье психически неуравновешенному человеку. Но что, ситуация, когда почти любую медицинскую справку можно задешево купить на любом углу, является нормальной? Да, участковому придется дать право запрещать приобретение пистолета психически здоровым, но асоциальным элементам и вводить процедуру, по которой люди смогут опровергать напраслину и добиваться как права ношения оружия, так и наказания неадекватного участкового.

Придется поработать, — что, возможно, и непривычно для депутатского корпуса. И здесь пригодятся пламенные противники легализации пистолетов: основу регламента их приобретения, скрытого ношения и использования должны разрабатывать именно они. Их регламент будет запретительным, его придется смягчать, — но никто лучше их не выявит все подводные камни. А добиться четкого соблюдения жестких и даже жестоких правил оборота боевого оружия, в отличие от травматического «недооружия», можно. Просто потому, что никакой недооценки боевых пистолетов не существует.

Конечно, если правоохранительные органы вдруг начнут работать хорошо — хотя бы как при Советской власти, — легализация оружия станет не нужна. Но разговор о коренном оздоровлении МВД ведется уже четверть века — и состояние как самой милиции, так и безопасности граждан отнюдь не улучшается.

Если государство действительно по тем или иным причинам не в состоянии разобраться с собственными «правоохранителями» и сделать так, чтобы народ не боялся их едва ли не больше обычных бандитов, оно должно хотя бы разрешить своим гражданам полноценную самооборону от преступников всех мастей, как в погонах, так и без них.

// //

Реклама
  1. Комментариев нет.
  1. No trackbacks yet.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: